Немцы в Сегеже.

Автор - БЛОГИ, Митин, Юрий на 16.12.2012 , материал смотрели 397 раз(а).

Немцы в СегежеЮрий Митин

Немцы в Сегеже.

   Кто звонит? Берн?… Привет чертяка немецкая. Ты откуда? У меня, в городе сейчас, по работе? Ну, ты даешь! Сто лет тебя не видел. Конечно, давай встретимся, я за тобой заеду.
Отлично, в 7 вечера у гостиницы…

 Как-то, в далеких 90-х, мне пришлось поучаствовать в реализации производственного проекта в Сегеже, — маленьком карельском городке.
Этот городок c тридцатью тысячным населением  расположился где-то между Питером и Мурманском, посреди болот и лесов,  довольно далеко   от каких-либо “культурных центров” и прочих цивилизаций.
Сегежцы жили, как почти все тогда, бедно, и мало чем отличались от жителей сотен аналогичных городков. Тем не менее, они имели особый менталитет, который сформировался под действием, как мне кажется, нескольких факторов.
Первый фактор я уже отметил, — это отдаленность от больших городов.  Соответственно, с работой и развлечениями в городе была напряженка и,  чтобы чем-то прокормить, а заодно и развлечь себя, народ возделывал огороды, строил дачи, занимался охотой и рыбалкой, короче “развлекался”, как мог.
Однако молодежь, по-видимому, не особо желала выращивать картошку и,  от безделья, слонялась по улицам, ища приключения на свои вторые 90.
Закон: “кто ищет, тот всегда найдет” работал исправно: приключения в виде разборок за городские сферы влияния возникали с завидной регулярностью.
В качестве второго фактора я бы назначил то, что  Сегежа представляла собой  город спутник огромного целлюлозно-бумажного комбината (ЦБК). Соответственно, почти все жители города, или работали на ЦБК, или так или иначе были с ним связаны, а значит, имели менталитет бумажника.
Бумажник, по моему глубокому убеждению, вовсе не профессия,- это диагноз, передающийся по наследству.
Я сам бумажник, поэтому знаю, о чем говорю.
Все вышеуказанное, так или иначе, повлияло на местных жителей.
Однако, залихвацкую удаль, иногда граничащую с авантюризмом, среднестатистический сегежец, скорее всего, приобрел от своих дедов, которые не особо дружили с законом- поэтому многие из них вынуждены были работать на строительстве Беломорско-Балтийского канала (это была, что называется: “Сталинская трудотерапия”).
Позже, многие из них так и остались здесь, расселившись по близлежащим городкам и деревням.
Возможно, на сегежцев как-то повлияла и культура коренного населения – карелов.
Хотя это вряд ли, ведь карелы — близкие родственники финнов и эстонцев, то есть должны иметь совершенно непоколебимый характер.
А может я все усложняю, и виной всему были неспокойные  90-е, когда народ завис между социализмом и капитализмом, что его немного нервировало.
В отличии от Сегежского ЦБК, большинство заводов тогда не работало, или работало через пень колоду.
Через пень колоду сделанный продукт выдавали в виде зарплаты рабочим, которые обналичивали потом его вдоль дорог.
Видимо именно такой представляли демократию в России консультанты от Светоча, которых Ельцин приглашал в Россию пачками: демократию, свободную от денег, от заводов, в идеале – от людей (наши ресурсы Светоч мог выкачивать отлично и  без наших людей).
Простите, что-то  меня немного унесло  в политику…
Короче говоря, по вечерам в городе было неспокойно…
Как я уже указал выше, в Сегеже был расположен огромный ЦБК.  Строились такие комбинаты во времена социализма по всему Союзу и были уникальны по своей природе. На комбинате осуществлялся полный цикл производства бумаги от бревна, через целлюлозу к, собственно, готовому продукту-бумаге.
Городок полностью зависел от ЦБК: вода, электричество, отопление: все поступало с завода.
Кол-во работников ЦБК впечатляло: то ли 6, то ли 9 тысяч человек,- я точно уже и не помню.
Но помню, что администрация, чтобы продержать завод на плаву, уже тогда начала проводить большие сокращения персонала.
Это тоже не добавляло энтузиазма местным жителям.
В то время я работал в австрийской компании, которой удалось заполучить контракт на реконструкцию упаковочной линии на одном из производств завода.
Проект предполагал монтаж оборудования, наладку и запуск его в работу, и планировался к реализации в течении 3-4-х месяцев.  Я был прикомандирован к немецкому коллеге – шеф монтажнику Берну, которого надо было встретить в Питере и вместе с ним, на своей 9-ке Самаре, добраться до Сегежи (на фирме тоже экономили деньги, поэтому свою личную машину я эксплуатировал в хвост и гриву).
Дорога Питер-Сегежа.
Все шло по плану: я встретил Берна, и мы отправились с ним  к месту назначения. Вскоре выяснилось, что для немца это был первый визит в “криминальную” Россию.
Соответственно, Берн, как положено дебютанту,  активно крутил головой по сторонам, любуясь, сначала, видами Питера, а затем,- карельской природой вдоль дороги.
Мой английский, в то время, был ограничен, в основном, теоретическими познаниями, поэтому общение нам давалось с трудом.
Я рулил и параллельно улучшал свой язык, пытая Берна по поводу английских названий вещей, которые попадались мне на глаза:
-Берн, как будет земля на английском, ну вот эта черная масса вдоль дороги?
-Earth.
-Earth, в смысле почва? Понятно. А дорога? Ну, вот  то, по чему мы сейчас едем.
-Road.
-А дырки в дороге.
-Holes at road.
-Квадратные дырки в дороге?
-Square holes.
Ты не прав, Берн. Никто специально не портил дорогу  квадратными дырками.
Понимаешь, это  технология такая: сначала из круглой дырки, которая образовалась естественным путем, делают квадратную, потом ее заделывают асфальтовой нашлепкой.
Берн, я не знаю, почему нельзя заделать сразу круглую дырку: видимо  круглой нашлепке легче провернуться в дороге от проезжающего транспорта, а попробуй-ка, проверни квадратную!
Поэтому квадратные нашлепки держатся крепче. По крайней мере, я на это надеюсь.
Ну, а до сих пор не заделали: потому, что квадратная дырка должна выстояться,…наверное.
Чего, Берн, пристал со своими дырками,- технология такая,…наверное…
-Железная дорога?
-Rail way.
-Переезд железнодорожный?
Берн, я не знаю, почему дама в красном жилете на переезде закрыла шлагбаумы, а теперь машет нам, чтобы мы их проезжали.  Я понимаю, что проезжать через открытые шлагбаумы логичнее и даже где-то удобнее. Но, наверное, у нее инструкция такая: закрывать шлагбаумы, когда она там рельсы подметает.
А машет она нам из-за своей сердобольности, чтобы мы не торчали здесь, пока она с уборкой возится.
Ну да, нарушает инструкцию, т.е. она сначала ее выполнила, а потом немножко нарушила.
Чего тут не понятного, лучше перед переездом стоять что ли?…
Надо же, а я даже никогда не задумывался по поводу проезда закрытых шлагбаумов: пропускают и хорошо, вот ведь дотошный немец попался…
-Машина?
-Car.
Да, Берн, машина у меня русская, шумноватая, не быстрая, но ведь едет! К тому же это реэкспорт из Англии, т.е. сделали ее хорошо.
Нет, это вовсе не значит, что для России делали плохо. Просто в России все сами ремонтируют машины. Соответственно, зачем стараться на заводе, — каждый под себя сам и подгонит.
Ну да, встречные машины почему-то постоянно мигают нам фарами.
Тут понимаешь, в чем дело: может гаишники стоят, а может это я слеплю встречных.
Почему, почему, — потому что машина праворульная была, из Англии потому что, то есть- руль переставили, а фары поменять забыли,- я и говорю, подгонять ее еще надо.
-Лес?
-Forest.
Смотри Берн, какой у нас forest  красивый, еще пара часов этой красоты и будем на месте.
Конечно, поспи, надоел ты со своими дырками в дороге, все-таки перелет, разница во времени и все такое…

Берн!! Да ты совсем не изменился. Поехали, у нас тут ресторанчик неплохой есть: шашлыки, пиво. Да, это супруга моя Таня,  вы ведь встречались в Питере. Сколько лет прошло, десять? Двенадцать!!
Ежкин кот, время идет…
9-ка моя рассыпалась давно, после небольшой аварии,- я ее на зап. части продал. Так тот парень восстановил ее и ездит теперь, представляешь?
А у тебя Фольксваген был, по-моему?… Порше купил?
Ну, ты даешь!! Впрочем, ты всегда любил понты кидать.
Понты кидать?…Как же это на английском?…Ну, то есть, хорошие вещи любишь покупать,- дорогие. Да конечно, почему бы нет, если деньги есть.
Спасибо, я свой английский конечно улучшил,- работа заставила. А  твой все такой же: простой, знакомый…

Знакомство с Сегежой и ЦБК.
Наконец, глубоко за полночь, мы прибыли в Сегежу. Я был выжат, как лимон: длинные переезды меня никогда особо не напрягали, но чтобы при этом еще учить иностранный язык и отдуваться за наши безобразия, это было уже слишком…
На следующий день, наполовину выспавшиеся, мы явились на завод.
Должен отметить, что приняли нас замечательно: в те времена русский человек еще не разочаровался в “западных демократиях” и к иностранцам относился с благоговением, которое распространилось немного и на меня.
Признаюсь: иногда я этим бесстыдно пользовался, ну а Берн, по сути, будучи обычным рабочим даже без высшего образования, просто витал в облаках с нимбом на голове и оттуда руководил проектом (правда, мне приходилось иногда его  оттуда  сдергивать по производственной необходимости).
На первом  же производственном совещании неожиданно выяснилось, что администрация комбината не смогла во всем городе найти достойного переводчика с английского. Был один парень, который мог переводить с немецкого, но немецкого, к сожалению, я не знал.
Очень быстро  возникло смутное подозрение, что переводить  придется мне всегда и везде.
Подозрение, впоследствии,  полностью подтвердилось: я переводил на митингах, во время монтажа для рабочих, на ужинах и вечеринках, что было довольно не просто, но позволило значительно улучшить свой английский.
Познакомившись с гостеприимным заводским коллективом, мы получили инструкции от русских коллег по поводу нашего нахождения в городе: по вечерам в городе было не спокойно, случались драки между представителями разных городских районов. Поэтому крайне не желательным было бы наше нахождение вне апартаментов.
После перевода этой информации Берн заметно погрустнел.
Апартаменты.
Администрация поселила нас в 3-х комнатную квартиру, которая находилась в старой “хрущевке”.   На фоне типовых пятиэтажек, “хрущевка” выглядела довольно таки стильно, местные называли ее “княжье гнездо”. По нашему наблюдению: жили в “хрущевке”, в основном, люди, вышедшие из администраций города и комбината, т.е. название “княжье гнездо” дом носил по праву.
Квартира была довольно приличной, большой, однако не обошлось и без ложки дегтя- в ней уже третий месяц отсутствовала горячая вода.
Как нам объяснили позже: город задолжал комбинату за воду и “радуйтесь, что холодную еще до сих пор не отключили”.
Берн, напуганный криминальной городской обстановкой, несколько  вечеров сидел  в “апартаментах”, ужинали мы пельменями из соседнего магазинчика, воду кипятили на плитке, короче занимались черт знает чем.
Естественно, мне это затворничество быстро  надоело  и я начал обрабатывать Берна на предмет: а не “прошвырнуться” ли нам по городу?
“Давай, что ли, бильярдную найдем, все-таки какое-то занятие,- да и кушать надо уже начинать не только пельмени, сваренные на нашей кухне ”, — подзуживал я его.
Берн довольно долго созревал, но наконец-то решился:
Однажды он достал из бумажника какую-то  визитку: “Юра, знаешь, что это такое?”.
-Понятия не имею.
-Это телефон немецкого консула в Питере. Если у меня возникнут проблемы, мне только надо  будет позвонить и….
-И что, Берн? Консул сразу подорвется и кинется к тебе на помощь? Но он ведь быстро не приедет.
-Пожалуй ты прав Юра, по вашим квадратным дыркам быстро не доедешь.
-Да не в дырках дело, здесь расстояние 700 км! Когда он доберется, твой труп уже остыть успеет…
Ты чего погрустнел?…А не надо было мне опять про дырки вспоминать…
Больше Берн мне эту визитку не показывал, но, тем не менее, собрав себя в кучу, отправился  “прошвырнуться” по городу, естественно в паре со мной.
Пельмени, похоже, его тоже реально “достали”.
Встреча в кабачке.
Мы ходили по улицам вечерней Сегежи. Город оказался небольшим и довольно аккуратным.
Несмотря на предупреждения,  вокруг было достаточно спокойно: ни выстрелов, ни обещанных драк не наблюдалось. В принципе, на нас даже никто не обращал внимание.
Кстати, бродя по улочкам, Берн чуть не свернул себе шею, заглядываясь на симпатичных сегежских девчонок, гуляющих в легких платьях,- Сегежа ему определенно нравилась.
Тут я хочу официально заявить, что лично я на девчонок не пялился, так как к тому времени был женат и уже имел сына, а может даже и дочку, так как она шла где-то сразу после сына.
Рассматривая девчонок (ну, то есть, я-то просто гулял), наконец, мы зарулили в какой-то шумный кабачок.
В кабачке, стоял один обшарпанный бильярдный стол, где местные играли на деньги. Я даже позже проиграл на нем 20 рублей. Наверное, это были немаленькие деньги в те времена, потому что я отлично помню, как сильно расстроился.
Мы с Берном заказали пиво и …пельмени (так не было там больше ничего!!) и начали с интересом разглядывать местную публику,… то есть Берн опять пялился на девчонок.
Публика прибывала, накачивалась пивом и живо обсуждала  городские криминальные новости, которые мне почему-то напомнили фразу из мультфильма “большой Ух” :”как на планете Консервных банок подрались банки с тушенкой”.
Глядя на напряженного Берна, последние новости я ему решил не переводить…
Наша английская речь звучала явно в диссонанс общему фону,- местный народ начал подозрительно коситься.
“Сейчас мы станем очередной завтрашней новостью,- подумал я, -ладно, не первый раз выруливать из сложных ситуаций, да и немец на вид не хлипкий, разберемся”.
“Нехлипкий немец” переложил визитку из бумажника поближе- в нагрудный карман.
Наконец, кто-то с кем-то что-то не поделил, и на улице началась обещанная драка, — наша новость, к счастью, откладывалась.
Берн напрягся, вздохнул и…вернул визитку в бумажник: похоже, он  понял, что она действительно  ему не пригодится.
Впрочем, драка также быстро  закончилась, как и началась- драчуны зашли в бар выпить  “мировую”.
Публика в баре, на это, никак не реагировала,- видимо, заварушки здесь  были обычным делом.
Мы с Берном тоже постепенно расслабились и стали спокойно беседовать. Похоже, три кружки пива, принятые до этого, были совсем нелишними.
Да что там нелишними! Очень даже три кружки пива были в тему!…
После моего очередного перекура на улице, я обнаружил за нашим   столиком знакомого “драчуна”, который пытался беседовать с Берном:
-Это кто, немец? –спросил парень, которого звали Серегой, как выяснилось позже.
-Немец,- ответил я.
-И чего, он по-русски совсем не понимает?
-Не понимает.
-Да врешь, поди,- все по-русски понимают. Хотя он же немец, может и не понимает. А как же вы общаетесь?
-На английском.
-Ну вы даете!!
В конце концов, парень поверил, что немец не понимает по-русски и начал воодушевленно с ним беседовать, естественно,…. по-русски.
Я пытался остановить Серегу, но Берн махнул мне рукой :”Все нормально, пусть разговаривает, буду слушать”.
Серега, оказался душевным парнем, — много рассказывал о своем погибшем на войне деде, как “били мы вас, Фрицов и Гитлер ваш – сволочь еще та”, и, что “Гитлер капут” и “хенде хох”…..
Берн внимательно, серьезно слушал, как будто все понимал.
“Неужели действительно понимает?” – думал я. Для меня это осталось загадкой до сих пор.
Давай выпьем за мой счет, — в конце концов, заявил Серега,- уважаю я тебя, чертяка немецкая”.
Следующие три кружки пива тоже оказались нелишними…, правда, почему-то снова за наш счет.
Мы еще поболтали немного и разошлись без приключений, так никак и не проявив себя в завтрашних новостях.
Да мы  не особо и жалели об этом…
Таким образом,  прошло наше “боевое” крещение в этом “криминальном” городе.
В дальнейшем, мы  много раз попадали в аналогичные ситуации, но  никогда не имели проблем с местной публикой: народ устраивал разборки между собой, но гостей уважал и не задирал.
Юра, мы, немцы, вам столько горя принесли, а нас здесь все любят, как так может быть?” -спросил как-то Берн.
-Я не знаю Берн, наверное, это русская сердобольность виновата (помнишь стрелочницу, которая инструкцию немножко нарушила?)
Да,  мы вас били, вы нас били,- чего сейчас кулаками махать? Жить вместе надо как-то.
Берн с этим охотно согласился…

Ну, что, еще по пивку?
Да, в Сегеже я был пару раз. Местные тебя вспоминают. Кстати, Серегу того, помнишь из кабачка? Встретил на фабрике, на упаковке работает. Хороший, говорят, работяга, спокойный, тебе привет передавал, а Гитлеру капут.
Шучу я,- не узнал он меня даже…

Приезд австрийца Шульца.
Проект шел своим чередом, мы с Берном  подружились и совершенно освоились в городишке.
Даже нашли бильярдную, которой заведовал замечательный парень Олег. Он хорошо играл в бильярд и был, то ли 30-м, то ли 40-м кием России.
Олег охотно нас тренировал этой захватывающей игре. Мы с ним тоже подружились.
Берну нравилась Россия все больше. Было видно, что здесь он отдыхает: “Юра, народ у вас открытый, как будто вывернутый душой наизнанку, подвохов не ждешь от него”.
Да я, в общем-то, и не возражал против этого.
Хотя сейчас, по прошествии многих лет, считаю, что иногда русскому человеку следует быть и  немного похитрее, наглее, что ли: уметь свою выгоду как-то тоже отстаивать.
Потому что на планете не только понимающие нас Берны есть: много всякого народа на планете водится.
Невероятно, но некоторым из них не нравится, как другие живут, что у других слишком много территорий и ресурсов “незаслуженных”, а соответственно демократия у них неправильная, и подправить бы ее надо.
А вот в 90-х, самое то было: люди умирали от голода, Россия подачками западными выживала: красота, короче: именно то, что этим некоторым и нужно было.
А мы только улыбаться умеем в ответ, по простоте душевной.
Эх, Россия…
Но это я опять  завелся политикой. Вот ведь зацепила она меня… О чем это я?
Ах, да: бильярдная.
Так вот в бильярдной, Берн познакомился с симпатичной  девчонкой Ольгой, которая тоже очень неплохо играла и откровенно его кадрила (надо сказать, что небезуспешно).
Красота спасет мир: в нашем случае она сдернула Берна с небес и сделала послушным Ольгиным учеником и партнером (по бильярду, я имею в виду).
Тем временем, проект понемногу продвигался: оборудование было смонтировано и для его запуска, из Австрии должен был приехать  старт инженер.
Вскоре старт инженер Шульц (так звали австрийца) приехал на  комбинатовской  машине из Питера.  Для Шульца это тоже был первый визит в Россию.
Вылезая из машины, первым делом Шульц спросил, как не странно, про квадратные дырки на дороге.
“Надо же, до сих пор эти балбесы-дорожники  не заделали,– подумал я,- отдувайся теперь за них”…
Австриец был невысоким, полным человеком и чем-то напоминал Карлсона, который живет на крыше.
Он, время от времени, сильно смущался и “шугался” всего незнакомого. Тем не менее, Шульц был отличным добрым парнем, готовым помочь в любую минуту: на заводе его все полюбили и носили буквально на руках.
Несмотря на тихий характер, Шульц оказался невероятным “бабником”.
Впрочем, назвать Шульца просто “бабником”, значит, ничего не сказать о его страсти.
Шульц был супер, мега, экстра “бабником”!!…
Впрочем, каким-то невезучим в этом деле. Местные дамы воспринимали его, как большого ребенка и относились соответствующим образом: с материнской любовью и заботой.
Похоже, последнее его сильно не устраивало.
В первый же день  Шульц был сражен обилием хорошеньких девочек вокруг, он их как будто коллекционировал:
Юра, смотри, вон симпатичная девчонка, а вон еще одна. А я еще там, в магазине, двух видел”.
Увидев симпатягу, он почему-то начинал “хрюкать” на нее, я так и не понял, что это означает: то ли он ее съесть хочет, то ли дразнится так.
Но об амурных приключениях Шульца, пожалуй, мы поговорим позже. К тому же я еще не решил, стоит ли вообще об них рассказывать…
А пока, мы с Берном, потащили Шульца в ресторан.
Предупрежденный по поводу городского криминала австриец, как положено, был невеселым.
Наблюдая за испуганным Шульцем, я  ждал, когда же он вытащит визитку австрийского консула.
Но на мое удивление, он достал…. титановый медальон, который висел у него на шее: “Понимаешь Юра: этот медальон у меня остался от службы в Армии, на нем записаны все мои персональные данные: имя, группа крови, адрес, ну и так далее. Какая-нибудь драка,- а у меня медальон есть”.
-А где визитка австрийского посла, Шульц?
А зачем мне она,- пока он сюда доберется по вашим квадратным дыркам…
-Опять эти дырки! Да не в дырках дело, Шульц, расстояние здесь большое. А медальон тебе чем поможет?
Если только быстро идентифицировать труп…
Ты чего погрустнел, Шульц?.. А не надо было мне опять про дырки…

Нет, Олега из бильярдной не видел. Он у тебя в гостях был, в Кельне? Здорово, хороший парень, а я так и не собрался к тебе.
А Ольга как? Нравится ей в Кельне? Русскому языку тебя уже выучила?
Да ты чего? Обратно в Сегежу  отправил?
Я почему-то знал, что так получится. Вы думаете, что это вы их находите здесь, а это они вас находят: как клещи на ветках сидят и ждут, когда мимо такой вот Берн пройдет. Давай я тебя с нормальной девчонкой познакомлю.
Что?… Ты уже нашел Настю из Сыктывкара?
Быстрый ты, однако, и как она, сильно от Ольги отличается?
Ну, если настаиваешь, могу поговорить с ней. Давай, набирай  номер- пообщаюсь с твоей подругой…
Настя? Здравствуйте, да тот самый Юра. Как жизнь в Кельне? Скучно, понимаю. Но тряпочек в магазинах много, подруги завидуют, — ну это уже как положено.
А немецкий учишь? Да и действительно, зачем он тебе, школьного английского достаточно…
Да, Берн, поговорил: девушка, как девушка.
Может быть, все-таки, познакомить тебя с хорошей девчонкой?
Да понравилась мне твоя Настя, понравилась…

“Амурные” приключения Шульца.
Я все-таки решил рассказать и об амурных приключениях Шульца: без описания этой  грани  его личности Шульц получится каким-то незаконченным.
Оборудование по проекту было смонтировано, работа Берна закончилась и он уехал в Питер, предварительно захватив с собой и Ольгу.
В планы Берна входило походить пару дней по Питерским музеям, запустить процесс оформления Ольгиной визы и дальше уже возвращаться домой- в Кельн. Мы с Берном тепло попрощались,- я понял, что у меня появился в Германии надежный друг.
Позже, мы еще не раз пересекались с ним на разных проектах, пока я не ушел из этой австрийской компании.
Мы с Шульцом остались вдвоем коротать, оставшиеся до конца проекта, дни в “княжьем гнезде”.
Я уже к тому времени сильно соскучился по своим домашним: чего-то надоели мне эти немцы-австрийцы.
Но сейчас не обо мне…
После отъезда Берна, Шульц признался, что общение с немцем ему давалось с трудом.
-Шульц, но вы же оба общались по-немецки!
Да, но австрийский немецкий настолько отличается от немецкого немецкого, что лучше было бы разговаривать на английском.
Этот факт меня тогда сильно удивил. Хорошо, что в русском языке нет диалектов, надо будет поразмыслить, а собственно говоря, почему?
Шульц вскоре, довольно неплохо, освоился в городишке, и охотно бродил по злачным местам с неотложной задачей найти подругу.
По его просьбе, я составил  список русских фраз на латинице для того, чтобы Шульц мог  кадрить девчонок:
-kak tebja zovut ?
-kakie y tebja krasivue golubue glaza!
-poydem, poguljaem.
Однако, фразы ему не сильно помогали: русские женщины, почему-то,  воспринимали его не иначе, как забавного Карлсона, пришедшего откуда-то из детства…
Я никак не мог понять это феномен: почему иностранцу-Шульцу хронически не везло с женщинами.
Ведь это был ИНОСТРАНЕЦ, то есть почти неземное святое существо, которое может увезти местную даму, которая кроме своего огорода ничего в жизни больше не видела,  в западный рай и легко обеспечит ей безбедное существование.
И сделает он это даже при наличии законной жены: красавицы-филиппинки и изумительных темненьких детей, фотографии которых я видел, поэтому знаю, о чем говорю.
То есть, я думал, что  женщины так думают.
Но, к моему удовольствию, я ошибался: реальность оказалась гораздо сложнее…
Впрочем, передо мной не стоит сейчас задача исследовать данный феномен, может быть как-нибудь потом, когда я лучше изучу русских женщин (то есть боюсь, что никогда).
Не понравился Шульц, как мужчина, местным женщинам- значит так тому и быть.
Самым замечательным во всей  этой истории было то, что Шульц не сдавался…
Сидим мы как-то вечером на своей кухне,- разговариваем. К тому времени я уже свободно общался с Шульцом на английском.
Свободно не потому, что я оказался каким-то очень-уж  способным к языкам.
А потому, что мы быстро выяснили обоюдный словарный запас (у обоих сторон он оказался довольно скудным) и общались только на  нем.
Уже позже, работая в крупном шведско-немецкий концерне, я понял, что английский язык  все еще  не знаю, и мне его еще учить и учить.
И виноваты в этом, в первую очередь, мои механические мозги: не могут они просто тупо выучить незнакомые слова: дай им разобраться сначала, логику найти: что откуда проистекает и куда следует и что оттуда происходит…
А я страдаю от этого, ни при мозгах будет сказано…
Да,… о чем это я?…  Где-то мы с Шульцем сидели?…
Да ладно, шутники! В Сегежу теперь не сажают, канал-то построили уже.
На кухне мы сидели,
когда позвонили в дверь. И кому мы понадобились в сей поздний час?
Открываю: за порогом стоит дама бальзаковского возраста. Я плохо в этих женских возрастах  разбираюсь, но ей точно было между 30 и 40:
“Девочек не желаете?”
-Нет, -отрезал я (мое слово – кремень: сказал, как отрезал,- у меня уже тогда дочка была,- я только что вспомнил) и закрыл дверь.
Но не тут то было: Шульц каким-то седьмым чувством понял, о чем идет речь,- подскочил: “Желаем, желаем!”
-Зачем тебе нужны эти проблемы, Шульц, скоро домой поедешь.
Нет, нет, хочу, хочу девочку”,- ну Карлсон он Карлсон и есть. Только тот все больше по варению страдал, а это видишь, что удумал…
Препирались мы минуты три, я надеялся, что дама за это время все-таки уйдет.
Ладно, только договариваться сам будешь.
Открываю дверь: дама стоит в той же позе, в том же месте. Ну, профессионал, что тут скажешь!
Заходите: вот Вам Шульц, вот вам кухня для переговоров, а я спать пошел…
Мне уже жена начала снится, когда Шульц приперся и начал  умолять помочь с переводом: “обманет ведь, подсунет что попало”.
Пришлось помогать…
Из предоставленного дамой альбома с фотографиями (бизнес был на широкую ногу поставлен), Шульц выбрал самую страшненькую, похожую на суслика, девчушку лет 19-25 (я плохо в этих возрастах разбираюсь), и заказал ее оптом, так сказать,- сразу на неделю. Стоило это удовольствие ему, как сейчас помню, 200 долларов…
Купленный товар приходил к Шульцу каждый день, по вечерам,- в жизни он был еще страшнее.
Девчушка общалась с Шульцом короткое время и вскоре появлялась на кухне, где я курил:
А сколько австрияк за меня заплатил? А чем вы здесь занимаетесь? А вот у нас такая скукотища!”.
-Иди уже к Шульцу, я тебя не покупал.
-Я его не понимаю.
-А тебе и не надо. Зачем  вообще ты в это ввязалась, молодая, эээ….симпатичная, деньги нужны?
-Да нет, у меня мама-папа работают: просто интересно.
Последнее сразило меня наповал: ради интереса, заработать в маленьком городке репутацию, от которой с десяток лет не отмыться! Странные иногда бывают девчушки…
Тем временем неделя прошла,- девчушка “закосила” один оплаченный день (дядя в гости приехал).
Шульц начал было возмущаться этим фактом,- просил меня, чтобы я выколотил с дамы 40 долларов за неиспользованный день (коммерсант, блин), но был мной благополучно послан и быстро успокоился…
В итоге жизнь показала, что у Шульца не получается с женщинами никак: ни платно, ни бесплатно (переходил бы на варение, что ли, как этим Карлсонам положено).
Больше Шульц не экспериментировал с женщинами, тем более, что проект был реализован и пора было разъезжаться по домам.
Наконец, через неделю оборудование было запущено в нормальном рабочем режиме, и  мы с Шульцем покинули Сегежу.
По правде сказать: я уже  соскучился по жене и детям, и довольно таки сильно…

Как Шульц поживает? Да ты чего? Развелся со своей филиппинкой и привез домой какую-то Свету из Перми?
Конечно, покажи фото, если есть…
Да уж,…Шульц не изменился, а Света почему-то на суслика похожа. Филиппинка мне больше нравилась…
Смотри, зацепили все-таки его русские девчонки.
Уже в Питере, Шульц со мной поделился, что  всем у себя в офисе рассказывает, как в России плохо, скучно, опасно,- чтобы на все проекты  его посылали.
Да нет, как-то с ним мы не сдружились особо,- не встречал я его больше.
Да,  слышал я: обанкротилась ваша фирма, в двухтысячных. И чем вы сейчас занимаетесь? Свою фирму создали, и Шульц там, — молодцы, успехов вам.
Да нет, Берн, к вам работать я не пойду,- у меня и так все нормально.
К вам придешь- опять командировки по медвежьим углам начнутся, — в одну воду дважды не войдешь…
Россия, изменилась конечно: люди не плохо уже живут. Да ты сам видишь, как наши туристы в Германии деньгами сорят.
Понимаешь, учителя были хорошие:
Выпустили нас из загона, в 90-х, ну и мы, по наивности, к дяде Сэму рванули: научи нас  справедливейший и всеми уважаемый дядя Сэм, как жить, как экономику нашу строить, как  своими ресурсами распоряжаться.
И послал нам дядя Сэм тысячу консультантов, и научили они нас.
Да так научили, что четверть населения вымерла, а четверть в криминал ушла.
Долго потом мы еще свои заводы восстанавливали и людей из нищеты вытаскивали.
Зато теперь мы точно знаем, куда идти не следует и кого надо обязательно послушать, но сделать наоборот.
Да я знаю, что вы, немцы, тоже Светоча недолюбливаете. Я вас и уважаю за это.
Ну, давай еще по пивку и по домам,- завтра на работу, мои контакты у тебя есть,  — звони.

Постскриптум.
Новая фирма Берна обанкротилась через пару лет,- я даже не успел запомнить ее название.
Я думаю, что это  Шульц был всему виной – невезучий он какой-то.
А может быть, все-таки, не поняли они до конца русского человека.
А жаль, ребята мне реально нравились….

16.12.2012
Ю.Митин

При любом использовании наших материалов, ссылки на сайт, автора и оригинал статьи обязательны! Прочитайте правила перепечатки.



Оригинал статьи
Копия статьи на форуме (для развёрнутых комментариев)
Ленты новостей

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.