Записки европейского сумасшедшего. Часть 2

By in Solvi, БЛОГИ, ГЛАВНАЯ on 14.04.2016 , материал смотрели раз(а).

   Продолжение. Смотрите начало

ajed   Брюссель, неофициальная столица Евросоюза, хранит в себе много всего, достойного восхищения. Например, знаменитая базилика Сакре-Кер или Кукельберг, расположенная на вершине холма в большом и красивом парке Елизаветы. Однажды, несколько лет назад, в солнечный воскресный день, мы приехали в парк специально для того, чтобы посмотреть на нее. Погода была редкой для Брюсселя, и народ утрамбовал полянки на траве. Взрослые устраивали пикники, дети резвились. Правда, отдыхающие были сплошь арабского происхождения. Оказывается, все просто, район арабский, поэтому чужие там не отдыхают. Католическая месса уже закончилась, базилика была закрыта. Дети – любители погонять мяч организовали игру тут же, у входа в церковь. Пацаны весело играли в футбол, с криками забивая голы в ворота, которыми служила им дверь базилики. Каждый новый мяч, отправленный арабскими мальчишками, колотил по церковной двери так, что она отвечала им страдальческими звуками, но толерантно терпела. Довольные взрослые также молчали, нисколько не возражая против таких развлечений. А ведь это были не те дети, которые приплыли на лодках, вытащив счастливый билет и оставшись в живых. Эти дети – уже граждане Бельгии, родившиеся в Европе, которые, достигнув соответствующего возраста, будут голосовать и не только, обладая всеми гражданскими правами.

   Несколько лет назад главная фрау Европы заявила о провале политики мультикультурализма, что не воспрепятствовало ей нынче раскрыть объятия беженцам. Но что-то в этот раз гостеприимство не заладилось, оказавшись ущербным, даже извращенным. Объятия старушки-Европы быстро захлопнулись, зажав в «демократических» лагерных тисках тысячи и тысячи тех, кого она сначала поманила, а потом резко разлюбила.

   Впечатляющими были поездки в брюссельском общественном транспорте. Некоторые станции метро (но, конечно, не все) оставляют тягостное ощущение. В иных местах много мусора, в других – бездомные лежат на полу, завернувшись в одеяла. В отличие от метро, в трамвае чисто, как говорил Шариков. По внешнему виду входящих в трамвай пассажиров можно понять, какой район проезжаешь. Будто бы странным образом маршрут идет по разным странам: сначала из Европы на арабский восток, потом с востока – в Европу. Город разделен не только по районам, но и по сторонам одной и той же улицы. Жители четко знают это разделение и строго его блюдут. Есть районы, где живут только арабы. Бельгийцы европейского происхождения могут заглянуть туда только в светлое время, лучше ненадолго и, желательно, в компании. Центр считается опасным, внимательность не помешает даже днем. Причем сейчас я говорю о той ситуации, которая была несколько лет назад. В последнее посещение Брюсселя в марте этого года, в аккурат накануне терактов, прогремевших в аэропорту и метро, центр имел необычный вид, военные с автоматами, на улицах военная техника. Что никак, однако, не помешало осуществить террористические атаки. Однажды, выехав из тоннеля в центре Брюсселя, мы вдруг увидели дуло автомата, направленного военными в наше лобовое стекло. По-видимому, это должно было внушить, что нынче каждый имеет право на защиту, а совсем не то, о чем подумалось. А уж как защищаемый  реагирует, как говорится, его проблемы. Что-то вспомнилось вдруг про права человека…

      После терактов, прогремевших в Брюсселе, у меня в тот же день состоялся разговор с бывшим сотрудником Европейской Комиссии. Невозможно было удержаться от вопроса, почему же в брюссельских аэропортах абсолютно свободный вход. В России такого давно уже нет. На что он мне ответил, что так по всей Европе, и это нормально. Рвануть могут и в толпе, и в очереди к рамкам. Да и потом, это просто дорого. Поэтому вряд ли эти рамки будут устанавливать, ведь нужно еще и зарплату полицейским платить, которые будут работать на контроле. Нет, нет, для Бельгии это слишком.

Тогда я привела последний аргумент:

–А человеческая жизнь? Ее цену кто определяет?

Ответ меня ошарашил:

 –Права человека – прежде всего. Платить в пустоту нельзя, лучше прикармливать агентов, хотя это и нарушает в определенной степени права человека, но в этом случае можно. Также нельзя задерживать кого-либо только по подозрениям, даже если он угрожает взорвать себя в толпе.

Уже в состоянии ступора я спросила:

– Но разве главное право человека – это не право на жизнь?

Ответа не последовало.

Очевидно, проамериканская система безопасности и во Франции, и в Бельгии работает слабо. Вероятно, в силу разности законов США и Европы. Если американский полицейский может выстрелить на поражение в любого, вызывающего определенные опасения, то европейская система «защиты прав человека» ограничивает в действиях прежде всего тех, кто непосредственно и должен защищать жизнь и безопасность жителей.

   Выступления бельгийского премьер-министра Шарль Мишеля и главы правительства Брюссельского столичного региона Руди Вервоорта  6 апреля произвели удручающее впечатление, хотя оба они и пытались улыбаться в конце. Правда, улыбки сопровождались обещаниями следить, еще больше работать, улучшать, выявлять, блюсти и т.д. и т.п. Но единственный вывод, которое оба эти выступления навеяли: спасение бельгийца – дело рук самого бельгийца.

solvi

Специального для contrpost.com

Испания, Бельгия

Продолжение следует

При любом использовании наших материалов, ссылки на сайт, автора и оригинал статьи обязательны! Прочитайте правила перепечатки.



Оригинал статьи